Природные аномалии и лесные пожары

В последнее время мы часто сетуем на отклонение температуры воздуха от климатической нормы, а также на другие аномальные природные явления, которые ежегодно возникают не только на территории нашей страны, но и у наших соседей. Прежде всего, это наводнения и лесные пожары. Вспомните хотя бы стихийное бедствие, которое произошло в Краснодарском крае в июле 2012 года. После хорошей летней погоды 4 июля над этим регионом внезапно сформировался мощный циклон, вызвавший сильные дожди и ливни. Они шли непрерывно 5, 6 и 7 июля. Только за 2 дня количество выпавших осадков превысило среднемесячную норму в 5 раз. Уровень воды на реке Адагум, на берегах которой расположен г. Крымск, ночью внезапно, подобно цунами, поднялся до 7 м, и грязный поток затопил половину города. Пострадали более 24 тыс. человек, из них 171 погибли. Стихией был причинен ущерб 7200 жилым домам. После наводнения было захоронено более 3 тысяч голов скота и около 40 тыс. домашней птицы. Из строя выведены газо-, энерго- и водоснабжение, прекращено железнодорожное и автомобильное движение. Историческая память не сохранила сведений подобного рода бедствия в Краснодарском крае.

Спустя год катастрофическое наводнение произошло на Дальнем Востоке в бассейне реки Амур. В июне аномальная циркуляция воздушных масс над азиатской территорией России, как результат длительного периода высокой температуры над Китаем и относительно низкой – над Якутией, сформировала обширную фронтальную зону, в которой весь июль и половину августа шли непрерывные дожди. В итоге уровень воды в Амуре и его притоках поднялся на такую высоту, какой люди, проживающие на берегах этой реки, не ожидали и не помнят.

В итоге этого масштабного наводнения в Хабаровске и его окрестностях было подтоплено свыше 2000 домов, более 100 тыс. человек потеряли кров и все имущество. По некоторым сведениям, ущерб от наводнения превысил 30 млрд рублей.

Небывалые ливни парализуют транспортное и авиационное движение в городах не только на юге и востоке нашей страны, но и во вполне благополучных по климату европейских государствах. Люди с тревогой ожидают – где и когда произойдет следующее стихийное бедствие.

Немалый экономический и экологический вред наносят лесные пожары, но не те, которые мы называем низовыми, когда сгорают только лесной опад и подстилка, не повреждая деревьев, а так называемые верховые. На их долю приходится всего лишь 1,5-2,0% от общего числа пожаров, но максимум – ущерба. Они всегда приводят насаждения к летальному исходу. Напомню относительно недавние случаи.

Летом 1972 года после сильной и продолжительной засухи пожарами были охвачены 17 областей и республик Европейско-Уральской части России. Засухе предшествовали морозная и бесснежная зима и ранняя сухая весна. Осадков не было 2 месяца и лист у березы начал сворачиваться в трубочку. В конце июня после сухих гроз и зарниц возникли массовые пожары, но благодаря общим усилиям лесной охраны, местного населения и военнослужащих обстановка не вышла из-под контроля и большинство загораний леса было вовремя ликвидировано. Однако с 24 августа по 7 сентября с юго-восточного направления задул суховей, скорость которого временами достигала 18-20 м/с. Он раздул все оставшиеся очаги и огонь стал распространяться с большой скоростью, охватывая значительные площади. Стали гореть не только хвойные леса, но даже лиственные – березняки и осинники. В Тверской области огонь перебрасывался через поля, шириной до 300 м и даже небольшие реки. В одной только Горьковской (ныне Нижегородской) области сгорело 404,4 тыс. га преимущественно сосновых насаждений II-III классов возраста.

Чрезвычайная пожарная ситуация, которая сложилась летом 2010 года в Центральных регионах России, по своим масштабам и потерям превосходит 1972 год.

В европейской части страны температура осенью 2009 и весной 2010 года была существенно выше среднемноголетних значений. Наступившая затем засуха охватила 38 субъектов Российской Федерации и привела к возникновению пожаров, преимущественно массовых и верхового характера. Появлению таких пожаров способствовало также накопление в защитных лесах большого количества запасов горючего материала – бурелома, сухостоя и валежника, так как рубки ухода в лесах этой категории не предусмотрены и практически не проводились. Лесные пожары на оторфованных землях способствовали сильному задымлению, что создавало иллюзию, будто лес горит везде и сеяло панику среди местного населения. В некоторых районах Подмосковья видимость днем не превышала 3-5 м. За два месяца огнем было пройдено около 2,0 млн га лесопокрытой площади, при этом доля крупных, наиболее разрушительных пожаров, была свыше 20%. Следует отметить, что в тот же год в Сибири и на Дальнем Востоке обстановка в этом отношении была на редкость благополучной, и часть лесопожарных подразделений из этих регионов была переброшена на запад.

Принято считать, что часто повторяющиеся природные аномалии есть результат парникового эффекта, когда атмосфера, как оболочка Земли состоящая из газов и паров воды из-за увеличения в ней доли углекислого газа (С02), в том числе от лесных пожаров, стала вести себя как синтетическая пленка, покрывающая парник. Если по данным ФАО ООН за годы промышленной революции мы уже потеряли половину лесов планеты, основного поглотителя углекислоты, то наблюдаемое повышение температуры поверхности Земли, по-видимому, будет наблюдаться и в будущем. При неравномерном прогреве суши и поверхности воды происходит нарушение циркуляции воздушных масс, порождая сильные аномалии в погоде в виде засух или наводнений. Дальнейшее повышение температуры Земли может вызвать таяние льдов и ледников, угрожая глобальным наводнением.

Но чтобы не чувствовать себя обреченными, хотелось бы знать, были ли погодные аномалии на Руси в исторически прошлое время, когда фабрики и заводы не дымили, автомашин не было, ездили только на лошадях, поэтому содержание С02 в атмосфере, по-видимому, соответствовало норме. Оказывается, были. Обратимся к монографиям отечественных ученых-метеорологов Е.П. Борисенкова и В.М. Пасецкого «Экстремальные природные явления в русских летописях XI-XVII вв.» и С.И. Бараша «История неурожаев и погоды в Европе».

В VIII веке было выявлено 46 лет с экстремальными условиями погоды, т.е. почти каждый второй год.

Например, в 763 г. зима была настолько суровой, что замерзли Черное море и Дарданеллы, а толщина льда была до 75 см. Высота снежного покрова достигала двух локтей (локоть – 56,7 см), а весна была многоводной. «В февраль месяц в Константинополь принесло из Черного моря льдины на которых больше 30 человек уставиться можно, от чего горотские стены повредились». После страшной зимы горели леса и болота, «голод был превеликий». Позднее, в августе 775 г. «в Константинополе была такая темнота, что в полдень без огня ничего не было видно». Но причина не указывается. По-видимому, горели леса.

В IX веке похолодание в Европе продолжалось. Зима 811 года была столь суровой, что «Карл Великий прекратил войну с Данией и заключил мир».

В зиму 826/827 г. река Темза в Англии замёрзла на 7 месяцев, Нил в Египте – на 6 месяцев. В 832 г. во Франции выпал крупный, с кулак, град; погибло много людей и животных.

В Повести временных лет сказано, что во время осады Аскольдом Царьграда (874 г.) сильнейшим штормом на Черном море было разбито около 2000 русских кораблей.

Датские хроники сообщают, что в 1048 году между Данией и Норвегией Балтийское море замёрзло, и «волки перебегали с одного берега на другой».

В начале первой четверти XIV века на северо-западе Руси преобладали дожди и заморозки, когда мороз «изби всяко жито». Цены на хлеб резко поднялись, и «лютая дороговизна продолжалась несколько лет». Великий голод был отмечен в эти годы в Эстонии, Латвии и Литве. Особенно «немилостивое» лето было в 1320 году (вероятно дождливое). В Польше, Литве и России от голода наблюдались случаи людоедства, погибло много народа. В Новгороде свирепствовала эпидемия, так как люди ели коренья и другие малосъедобные «произрастания».

В Никоновской летописи указывается, что в 1063 г. «засуха великая в Новгороде иде река Волхов вспеть 5 дней (шел Волхов вспять): сие же знамение не на добро бысть». Все кругом горело. Там же о 1092 годе: «лета ведро бяше, яко изгораше земля, и мнози боры возгарахуся сами и болота». Из Новгородской летописи: «в 1124 году сгоре град Киев весь, и горело 2 дни, а церквей сгорело 600, а людей без числа». Позднее, в 1161 и 1170 гг. «и озёра и реки засохша, болота же выгореша, и леса и земля горела».

В 1224 г. на Руси выдалась редкая и продолжительная засуха. Горели леса и болота. Дым от пожаров был такой сильный, что птицы падали на землю и умирали. Дикие звери блуждали среди людей в городах и селах, потеряв всякое чутье и ориентацию. «В лъто бысть ведро (засуха) велие, и бысть страх и ужас на всъх».

В засуху горели не только леса торфяники, но и хлеба. Люди, чтобы не сгореть, боялись жить в домах и жили в поле: «не смеяху людье жировати в домех, по полю живяхуть». Страшную картину голода приводит летописец: «ядаху люди сосновую кору и лист липов и мох. О, горе бяше, по бергу трупие, по улицамъ и по полямъ трупие».

По словам Никоновской летописи, на протяжении второй и третьей четверти XIV века зарегистрировано 12 экстремальных засух, «из которых 8 поразили всю Русь». Пылали города, и в 1340 году во время урагана пожар охватил Новгород. «Огонь был так лют и велик, что сгорело 50 церквей и 70 человек». Через 25 лет, в 1365 году снова великая засуха. «Солнце быть аки кровь, и по нем места черны, и мгла стояла с пол-лета, и зной и жары бяху велицы, леса и болота и земля горяще, и реки пересохша, иные же места водные до конца иссохша и бысть страх и ужас на всех человецех и скорбь велия». Знойная погода стояла летом фактически с 1363 по 1368 год. В последний год «мгла стояла 3 месяца, и рыба гибла в реках».

Лесные пожары, горевшие торфяники и болота, о которых упоминается в Никоновской, Псковской и Новгородской летописях, охватывали огромные пространства Европейской части России и продолжались по нескольку месяцев. Это было национальным бедствием, от которого нельзя ни убежать, ни скрыться – ни людям, ни скоту. Такие засухи были по 2-3 года подряд.

По сведениям о засушливых годах, приведенных в русских летописях, в XII веке они чередовались через 42 года, в XIII – через 50 лет, в XIV – через 14 лет, в XV – через 35 лет, в XVI – через 21 год, в XVII веке – через 24 года.

Установлено, что периоды засух совпадают и с периодами падения прироста у деревьев. Однако снижение прироста могут вызывать и необычайно холодные и дождливые летние периоды, уменьшающие транспирацию влаги листьями деревьев, поэтому к таким заключениям надо подходить осторожно.

По данным американского метеоролога Митчелла, климат в VIII-XIII вв. в Северном полушарии был сравнительно теплым и викинги на своих суденышках плавали до Гренландии и даже обосновали там свои поселения. Но со второй половины XIII в. наступило похолодание, продолжавшееся до середины XIX в. (малый ледниковый период) и переселенцы вымерли.

Во второй половине XIX в. произошло очередное потепление с максимумом в 30-40-х годах XX в. В наше время при кажущемся глобальном смягчении климата человечество стоит на пороге нового похолодания, окончание которого неизвестно. Будем надеяться, что таких страшных засух и лесных пожаров, которые были описаны нашими предками в XI-XIV вв., в ближайшее время не произойдет. Но погода непредсказуема, поэтому мы должны быть готовы ко всему и во всеоружии встретить любые ее аномалии.

Арцыбашев Е.С,
д-р с.-х. наук, профессор,
заслуженный лесовод РФ
главный научный сотрудник
Санкт-Петербургского НИИ лесного хозяйства